Eugene Atget

 
1/87
Эжен Атже (Eugene Atget, 1857-1927) никогда не называл себя фотографом: он предпочитал название «автор-продюсер». Сначала он пытался стать актером, потом — художником, но безуспешно. Наконец в 1898 году Атже взял в руки фотоаппарат и стал фотографировать vieux Paris (старый Париж). Главной его целью было создание «документов», как он называл свои фотографии городских видов и архитектуры. Немаловажна была для него и коммерческая сторона — он продавал свои фотографии художникам.


Он родился в Либурне около Бордо в 1856 году. Его родители умерли, когда ему исполнилось пять лет. Его стал воспитывать дядя и, по окончании школы, Эжен решил посвятить себя морской торговле, в чем весьма преуспел, пока в 1879 году не вернулся в Париж.

Со второй попытки поступил в 1879 в Консерваторию драматического искусства (Conservatoir d'Art Dramatique). Там он два года учился с намерением в будущем стать актером. Карьера на новом поприще не удалась. Он выступал с малоизвестными труппами в провинциальных городках Франции и пригородах Парижа, всегда играя небольшие роли. В 1885 принят в труппу передвижного театра, но был вынужден оставить актерскую профессию из-за болезни связок. Тем не менее, этот период жизни Эжена замечателен знакомством с актрисой Валентиной Далафосс, с которой он прожил всю оставшуюся жизнь.

В 1897 году он решил попробовать себя в роли художника — и опять неудачно. И лишь в следующем году, в возрасте 40 лет Эжен начал заниматься фотографией. Это было время больших перемен в Париже, когда индустриальная революция коренным образом изменяла облик «старого города», исчезавшего на у глазах современников. Многие фотографы старались успеть запечатлеть старый Париж до его масштабной перестройки, запланированной и начатой бароном Османном и Эжен был в их числе.

Эжен Атже ходил со своей громоздкой и неуклюжей крупноформатной камерой по улицам Парижа и снимал дома и подъезды, дворы и витрины магазинов, особняки и мастерские, церкви и памятники… Современные для того времени сооружения мало его интересовали: ни на одном из его снимков нет, скажем, Эйфелевой башни. Иногда он снимал городские сценки, включая в кадр в основном представителей низших слоев общества. Его фигура в потертой одежде, и черное покрывало, которое он накидывал на себя и камеру при съемке, стали достопримечательностью. Парижане звали его «Папаша Атже».

Его непостоянный заработок зависел от заказов. Так для французского Архива он сделал серию документальных фотографий исторических зданий и средневековых статуй. На первом этаже пятиэтажного здания, где была его квартира и проявочная, он повесил объявление: «Атже — документы для художников» (Documents Pour Artistes) и продавал фотографии дизайнерам интерьера, декораторам, художникам. Также он продавал свои работы и таким организациям, как Bibliotheque Nationale, Bibliothede la Ville de Paris и Musee Carnavalet, стремившимся составить коллекции фотографий «старого Парижа».

Фотография не принесла Эжену Атже особенного богатства. В 1920 он продал 2600 своих негативов Service Photographique des Monuments Historiques. Это была довольно большая часть работы, проделанной им за предыдущие 20 лет. Деньги, вырученные от продажи, дали ему относительную свободу, которой он раньше не знал. Следующие годы своей жизни он провел в поиске, делая фотографии ценные как с точки зрения истории, так и искусства. Он умер 4 августа 1927 года больным и непризнанным, еле сводя концы с концами.

Стиль Атже сильно изменился, начиная с первых его работ, заканчивая последними. Его ранние виды Парижа сделаны в середине дня, когда почти нет теней и интересных световых явлений. Его работы сухи и неэмоциональны. Позже он стал обдуманно использовать свет для создания особого настроения, экспрессии. В его последних фотографиях свет является предметом съемки.

За 30 лет Эжен сделал более 10 тысяч фотографий. Вплоть до самой смерти в 1927 году он продолжал использовать то же оборудование, с которого начинал — «меховую» камеру 18х24 на деревянном штативе.

Эжен не пользовался экспонометром — он сделал простую табличку для расчетов, полагаясь на свой опыт и знания. Для съемки интерьеров он не использовал искусственное освещение, обходясь естественным.

Эжен Атже всегда сам печатал свои фотографии со стеклянных негативов, используя практически не применявшийся с конца XIX века процесс на основе альбумина, представлявшего собой смесь яичного белка и соли или же хлористого алюминия. Позже фотограф стал наносить на свои отпечатки воск, своеобразный эффект от которого позволял добиться самых разных оттенков желтого цвета, вплоть до шоколадного.

Хотя Эжен Атже не был особенно знаменит при жизни, его работы вдохновили многих талантливых фотографов XX века. «… я познакомился с работами Атже, фотографа с трагической судьбой, и они произвели на меня настолько сильное впечатление, что, наверное, под их влиянием я и купил свой первый фотоаппарат» — вспоминал Анри Картье-Брессон.

Одним из ранних поклонников Эжена был юный Ансель Адамс, который писал в 1931 году: «Обаяние Атже заключается не в превосходном владении техникой его времени, не в старомодной изящности одежды, архитектуры и персонажей его работ, а в объективном и глубоком видении предмета… В его работах простое открытие простых аспектов жизни его окружения. Нет никакого наносного символизма, никаких дизайнерских наворотов, никаких скрытых интеллектуальных проблем. Фотографии Атже — непосредственные и эмоционально чистые записи редкого и утонченного восприятия и представляют может быть самую раннюю форму чистого искусства фотографии».

В 1926 году один из соседей Атже — Ман Рэй — опубликовал, правда без указания авторства, несколько фотографий Эжена в журнале La revolution surrealiste. Беренис Эбботт (Berenice Abbott), ученица Рэя, была потрясена работами Эжена, и ей мы обязаны сохранением его фотографий, которые Беренис приобрела после смерти мастера. Она писала: «Его будут помнить, как историка города, настоящего романтика, влюбленного в Париж и Бальзака от фотографии, чьими работами мы можем сплести огромный гобелен французской культуры».

В 1968 Нью-Йоркский музей современного искусства приобрел собрание работ Атже из архива Беренис Эббот. Сегодня Атже — крупнейшая фигура в истории фотоискусства, один из пионеров городской фотографии. Французской писательнице Мишель Фабьян (Fabien) принадлежит биографический роман «Атже и Беренис» (1987). Всё новые снимки из гигантской коллекции мастера продолжают появляться перед зрителями.
faortto  4#